Сен06

Интервью Маркуса Шунеманна для журнала Art parasites.

Раздел // Журнал

Берлин наполнен волшебством нашей юности; именно за это мы его и любим: за суровые реалии жизни, вроде ночи воскресенья накануне тяжелого утра понедельника. По мнению художника Маркуса Шунеманна, все дни недели – лишь выдуманная сказка.

Интервью Маркуса Шунеманна для журнала Art parasites.

Будучи детьми, мы живем в постоянном состоянии фантазий и безответствнности; в мире, где твое воображение перечеркивает все законы времени, пространства, материи – ничего не существует, в то время как все существует.

Однако художник Маркус Шунеманн каждый день словно переживает детство заново (весь секрет в его картинах). Недавно мне удалось пообщаться с Шунеманном – хотя это был всего лишь компьютерный голос в Skype, который пришел из солнечного Лондона (что больше похоже на ложь, ведь Лондон никогда не бывает солнечным) или из параллельной вселенной.

Здесь заканчивается реальность.


ArtParasites: Вопрос с подвохом: что реально?


Marcus Scheunemann: Коллекционеры бутылок, вот они реальны; они не притворяются, также как и дети, которые реальны до определенного возраста – пока общество не начинает давить на них, принуждая к притворству.


APs: В какие игры ты играл, когда был ребенком?


MS: Я очень часто играл со своей двоюродной сестрой; мы ровесники, поэтому были как двойняшки. Мы много времени проводили в доме моих бабушки и дедушки с большим садом, в котором мы любили забираться на деревья. Она была колдуньей, а я волшебником. У нас даже было оружие с магической силой.


APs: Воображение – это то, что ты продолжаешь использовать в работе.


MS: Я стараюсь создавать тот мир, который был в моей голове во время игр. И я все еще безума от сказок. У меня реальные проблемы с ответственностью. Когда-то у меня были хорьки, и это было очень тяжело. Нельзя просто взять и повзрослеть, взяв всю ответственность.


Шунеманн открывает для меня особую вселенную, где я могу на мгновение стать ребенком и быть свободным. Я захватываю эту вселенную, а работы Маркуса служат порталом для моего воображения. Но это и пугает меня, потому что я знаю, что реальный мир не будет стоять на месте и ждать меня.


Воображение освобождает и одновременно пленяет нас. Мы создаем параллельные вселенные, в которых все движется в обратном направлении, а мы растем молодыми и безответственными.

И все заботы мира улетучиваются в море разноцветных игрушек и шоколадных хлопьев солнечным утром. Когда смотришь на его картины, начинаешь невольно скучать по ощущению, когда кто-то заботливо расчесывает твои волосы.

Это ничего не значит, абсолютно ничего.


APs: Большинство твоих работ открыты для возможных интерпретаций. Ты упоминаешь Дэвида Линча, мастера сказок для взрослых. Но Дэвид Линч любит поиметь наш мозг. Скажешь, что в этом есть смысл, даже если ничего в этом нет на самом деле?


MS: В конце все равно чувствуешь себя так, словно тебя поимели. Кто знает, есть ли в этом глубокий смысл или какая-то история. На протяжении веков люди всегда хотели знать, что значит это, что значит то. Им тяжело принимать вещи такими, какие они есть. Я просто хочу заниматься тем, что мне нравится.

И пусть окружающие любят или ненавидят это. Даже если бы у меня был какой-то определенный сюжет, я бы никогда не стал его объяснять. Пусть используют свое воображение.


APs: Кому-нибудь удавалось отыскать истинное значение твоих работ; что-то скрытое от тебя самого?


MS: Вообще-то это и есть сама цель – значения работ не я сам! И почему всем так важно узнать их смысл? Мои работы нужны, чтобы на них смотрели. Не все творчество относится к религии или политике. Я не хочу с их помощью говорить людям что-то важное. Все вокруг только и делают, что говорят, но все ни о чем.


Детство – это то, что мы постоянно стараемся вернуть, иногда мы пытаемся найти верный путь с помощью музыки, наркотиков, алкоголя или секса. Все вещи, которые считаются плохими, - это то, чем мы злоупотребляем в попытках воссоздать нашу утерянную невинность.


И пока Шунеманн говорит мне о том, какими фальшивыми и ложными могут быть его работы, я задаюсь вопросом, действительно ли это волшебное время моей юности или лишь игра воображения и воспоминаний. В мире, где истина постоянно находится под сомнением, возможно, настоящие ответы стоит искать во лжи?